Читаю я, как обычно, много и все подряд. Что посоветуют и чего не советуют. Что-то запоминается – не только сюжет, но еще и название и имя автора, что-то проскальзывает в никуда и бесследно. Сейчас у меня период авторов, пишущих на русском.

Итак, о запомнившемся.

Лидером я назначу, пожалуй, Людмилу Улицкую. За неделю я прочитала «Казус Кукоцкого», «Искренне ваш Шурик», «Веселые похороны», «Медея и ее дети», «Сонечка» и «Пиковая дама и другие» (сборник рассказов).

Вчера увидела в витрине магазина елку. Характерно украшенную, да. Сначала подумала, неторопливо так, заложив в прогулке руки за спину: «Скоро новый год...». И следом: «Совсем сдурели! Ноябрь два дня назад начался, а они уже елкой в лицо тычут!».

А сегодня проснулась с мыслью, что надо бы найти свою прошлоновогоднюю резолюцию. Жизненный опыт уже позволяет мне не вскрикивать: «Все! С понедельника начинаю новую жизнь». Знаю же, что не начну (с понедельника) – чего вскрикивать? А вот новогодние резолюции еще пописываю. Обычно они у меня из десяти пунктов и объединяют в себе духовное развитие с материальным. Что-нибудь вроде: «1. Выучить венгерский так, чтобы можно было свободно общаться на нем со знакомыми венграми. 2. Поменять компьютер. 3. Прочитать «Улисса»...». Из года в год перекочевывает «бросить курить» (и я каждый год пытаюсь!). А «Улисса» начинаю и бросаю, начинаю и бросаю – толстый он мне очень.

Вот, что я решила. Отделы контроля качества во всяких корпорациях и компаниях растут как на дрожжах, тогда как качество всего на свете упало и продолжает падать достаточно стремительно. Хотя отделы эти уверяют потребителей в обратном. Но с отделами-то как раз все понятно, я на них не в обиде – они баблос отрабатывают, кормятся. От проституток, в конце концов, никто не требует настоящего оргазма. А вот что случилось с материалами и изделиями?

Пластмассы однозначно стали тоньше. Может, из-за высокой цены на нефть? У нас сейчас дома несколько примеров истончившихся до невозможности использования продукта пластмасс. Во-первых, палочки для ушей, такие, которыми уши чистить, а не вставлять в них просто, для какой-то красоты. Палочки сначала гнутся, а потом перегибаются. Никакого нажима, необходимого для чистки, не получается. Во-вторых, корзинка неизвестного назначения, которую мы приобрели для хранения удлинителей и проводов. Ее я не смогла целой и до дома донести, она треснула. А шли пятнадцать минут. В-третьих, лампочка для велосипеда. Эта откололась от держателя при первом же падении с велосипеда, легком падении, без травм. Еще у нас есть новые изделия из пружинящей, крошащейся и ломающейся пластмассы, хотя пластмасса эта должна вести себя так хотя бы после года использования изделия, а вовсе даже и не сразу после его покупки.

Первым кино, смотренным мною в кинотеатре, было кино «Роман с камнем», то, где Майкл Дуглас, Денни Де Вито и тетка, имени которой я не знаю. Смотрели мы его с сестрой и сестриной подружкой, которую звали, кажется, Оксанка. Скорее всего, Оксанка, потому что у сестры тогда половину подружек звали Оксанками. Модно так было в свое время девочек называть.

А кинотеатр, где показывали кино, назывался «Гигант», хотя он маленький был очень, не вот тебе мультиплекс какой многозальный.

Поездка в город (так говорили, когда ездили в центр города) была родителями не санкционирована, и поэтому были у нас не два желто-грязных рубля на двоих, торжественно выданных мамой, а кучка десюнчиков общей суммой в рубль шестьдесят. Десюнчики мы высыпали из бутылки из-под шампанского. Такие тогда были модные копилки. Мне даже довелось как-то увидеть бутылку, полную десюнчиков по самое горлышко – большая редкость, которой я завидовала.

Любовь с музыкой у меня случилась в 14 лет, и началась эта любовь с Enjoy the Silence. Я слушала-слушала-слушала эту песню и чем больше я ее слушала, тем больше мне хотелось ее слушать. А потом были Policy of Truth, Halo, Waiting For The Night, Clean и другие песни Depeche Mode. На первые заработанные деньги я купила себе желтенькую кассету студии Mute, и позже еще одну, и еще, и еще. Надев черную шляпу с широкими полями – аля Мартин Гор – я уходила вечерами бродить по старым улицам Дрездена и услушивалась этой музыкой до изнеможения. И нимало не смущало меня качество звука, хоть и слушала я эту музыку на моно-диктофоне. И радостно трепетало мое юношеское сердце, когда случалось мне увидеть кого-нибудь, одетого в белые джинсы и черную майку с нарисованной красной розой. И когда я планировала побег из дома и раздумывала, что мне надо взять с собой, мой список всегда начинался с кассет и моно-диктофона.