Сестра у меня старшая и смешная. Мама даже никогда не говорила мне брать с нее пример, потому что она такая смешная. Вот, например, подростком она часто не вписывалась в дверной проем и не ударялась о косяк плечом там или бедром, как обычно бывает, а цеплялась мизинцем ноги, левой или правой. И голосила, конечно, потому что это очень больно – зацепиться на быстром ходу мизинцем за косяк. Я же потом провела эксперимент.

Или вот из недавнего, тоже смешно. Она как-то решила поучить сына уму-разуму – хладнокровно выдернула ремень из мужниных брюк и, пощелкивая им, загнала хохочущего сына на кровать.

Сын хохотал, потому что сестра никогда не умеет толком наругать его. Знаете, начинает распекать серьезно, строго, брови супит, а потом раз, и не выдерживает – хохочет вместе с сыном. Но в этот раз она приказала себе не смеяться, потому что ремень ребенок должен серьезно воспринимать, это же не хиханьки-хаханьки, в конце концов, а ремень! Довел мать уже совсем! Ну и вот замахнулась она так удало, наметила точку приземления ремня на теле ребенка и тут: Хлоп! Бах! Искры! И темнота... В лампочку она ремнем попала, а не в ребенка. Та и разбилась, конечно, от такого обращения. Ну, и опять она хохотала вместе с сыном. А что еще оставалось?

А я, когда была чуть младше ее сына сейчас, сестру серьезно воспринимала, как авторитет. Помню, сижу как-то после уборки квартиры, лет восемь мне, культурно программу телепередач читаю. А она заходит в комнату и строго так спрашивает, инспекторски: «А ты стены в туалете протерла?». Я удивилась так, говорю: «Нет. А зачем?». А она отвечает: «Понимаешь, Танька, все в этом мире состоит из молекул... А молекулы легкие такие, малюсенькие, летают. И вот на стенах туалета оседают молекулы какашек. Поэтому стены надо регулярно мыть!». Уж как я их мыла после такого неприятного научного факта! А сестра тем временем культурно программу телепередач читала.

Но ее научные познания не всегда приносили пользу. Однажды я спросила ее, что такое проститутка. Слово я, между прочим, услышала из фильма про революцию. Там что-то про то, что Троцкий – политическая проститутка, было. Так вот, на мой вопрос сестра ответила (подумав): «Понимаешь, Танька, проститутка – это страшно...» И замолчала загадочно. Следующим же вечером я решила напугать ее «страшным». Выскочила из-за угла бабушкиного дома и закричала с круглыми глазами: «Я пр-р-роститутка-а-а-а!». Бабушка особо не разбиралась, получили обе.

А еще у моей сестры особый талант убеждения (и мне очень удивительно, что он не действует на ее ребенка и мужа). Вот, скажем, как она меня от школы отучила. Пришла как-то оттуда с горбом и сказала, не снимая куртки: «Ты, Танька, в школу не ходи. Видишь, что вырастает после пяти уроков!». Это у нее под курткой ранец был, если вы (как я тогда) вдруг не догадались. Школу я, конечно, закончила, но всегда помнила, что она опасна для здоровья.

Так же, как и немытая черешня, кстати. Я однажды набросилась на нее и стала прям из пакета есть, никого не подпуская. А сестра понаблюдала за мной жадной и говорит: «А знаешь ли ты, Танька, что на черешню эту мухи писяли и какали?». Пока я чистила зубы, пытаясь достать щеткой желудок, она культурно ела ягодки и складывала косточки горкой. И спустя много лет она открыла мне тайну – оказывается, она ее тогда тоже немытой стала есть.

А в прошлом году я приехала к ней в гости, и она привезла меня из аэропорта и сразу стала кормить. Я спросила, почему она не кормит себя, а только меня, а она ответила, что не голодная. Потом она чуть-чуть подумала и сказала: «Но позже я же все равно захочу есть, правильно? Значит, чтобы мне не захотелось позже, надо поесть сейчас. Превентивно». И я поняла, что сестра у меня очень умная, и брать пример с нее все-таки надо.